В поисках "заморозки" или "Минска-3"?

14/09/2018


 

   

 

После того, как самопровозглашенные ДНР и ЛНР в Донбассе объявили, что 11 ноября 2018 года проведут выборы своих Народных советов (парламентов) и глав республик, сразу появились две противоположные точки зрения на это событие. Украина с Западом заявили, что выборы нарушают «Минские соглашения-2» о достижении мира в Донбассе. МИД Украины сразу опубликовал заявление, в котором определил, что результаты волеизъявления ЛДНР «будут юридически ничтожными, не будут создавать никаких правовых последствий и не будут признаны ни Украиной, ни мировым сообществом».

 

А виновной названа Россия. И Украину немедленно поддержал Евросоюз. Европейская служба связей в спецзаявлении отметила, что выборы 11 ноября «противоречат духу Минских соглашений, где есть конкретные положения, касающиеся организации местных выборов в неподконтрольных Украине регионах». И посоветовала России унять республики, назвав их «сепаратистами».

 

А потом по выборам лупанули из главного калибра. Сначала спецпредставитель Госдепартамента США по Украине Курт Волкер в интервью «Дойче Велле» заявил, что выборы, назначенные на 11 ноября 2018 года в ДНР и ЛНР, нелегитимны. А потом высказалась и спикер американского Госдепа Хизер Науэрт. И традиционно приплела к проблеме Россию: «С учетом постоянного контроля со стороны Российской Федерации над этими территориями выборы, проводимые там, невозможны и грубо противоречат обязательствам России в соответствии с Минскими соглашениями».

 

Россия никак официально объявленные выборы не комментировала, хотя ранее было известно, что в Москве к идее выборов относились, мягко говоря, прохладно. Однако теперь ситуация изменилась. Хотя бы потому, что был убит лидер ДНР Александр Захарченко, и теперь в живых и дееспособных подписантах остался только второй президент Украины Леонид Кучма. Президентом Петром Порошенко он был назначен официальным представителем Украины в Трехсторонней контактной группе (ТКГ), созданной по решению «нормандской четверки» еще 6 июня 2014 года, во время празднования годовщины высадки американских войск в Нормандии в годы Второй мировой войны. Кроме Кучмы, в ТКГ входили посол России в Украине Михали Зурабов (отозван в Москву, а нового посла нет из-за общего «похолодания»), посол ОБСЕ Хайди Тальявини (сама ушла в отставку еще 7 июня 2015 года в связи с неудовлетворительными переговорами в Минске), а также граждане Игорь Плотницкий и Александр Захарченко, которые хоть и представляли соответственно ЛНР и ДНР, но официально не признавались. Потому что не были признаны и ДНР с ЛНР. Но и их уже нет – Плотницкого «ушли» в Россию, а Захарченко, напоминаю, убили.

 

И вот в связи с этими обстоятельствами Россия, скорее всего, и признает выборы 11 ноября и их результаты. Потому что, сказал, например, директор считающегося близким к Кремлю Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков, выборы, с одной стороны, заполнят вакуум власти в самопровозглашенных республиках, а с другой – восстановят статус-кво на переговорах о мире. Политолог так и артикулировал ситуацию вокруг выборов: «Выборы в Донбассе в нынешних условиях не противоречат минским договоренностям. Как раз наоборот, они сохраняют условия для эффективного выполнения всего комплекса «Минска-2» в будущем.

 

Поскольку Киев не выполняет политическую часть Минских соглашений и не демонстрирует никакой динамики по данному вопросу, вполне логично, что в Донецке и Луганске пока также намерены сохранить статус-кво». Каким образом? А тем, что в ТКГ появятся представители двух гособразований, прошедшие легитимацию на выборах. Пусть и никем не признанных, но зато дающих этих самых «представителей ЛДНР», предусмотренных «Минском-2». Статья 9 этого документа прямо говорит, что все решения по судьбе ЛДНР должны обязательно приниматься «в консультациях и по согласованию с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней контактной группы».

 

И это первое трудно устранимое противоречие «Минска-2»: представители ЛДНР должны быть, но кто они такие и как должны появиться, не разъяснено. В 2014 году, когда появился «Минск-1», эти функции на себя взяли Плотницкий и Захарченко, фактические лидеры самопровозглашенных образований, подписавшие протокол. А вот уже к февралю 2015-го оба они уже были избраны на осенних, тоже никем не признанных выборах в своих республиках и обрели некую легитимацию. Во всяком случае, их таковыми признавала Россия и требовала согласовывать с ними все решения по Донбассу. После выборов 11 ноября такими же станут новые руководители ЛДНР.

 

Второе противоречие «Минска-2» постоянно актуализирует и озвучивает Киев – он вообще не признает существование ДНР и ЛНР, называя их «сепаратистами» и «плодом российской агрессии». Теперь к этой оценке публично присоединились представители США. Сначала Волкер сказал, что «если следовать логике Минских соглашений и логике возвращения этой территории под контроль Украины, то эти образования должны исчезнуть». А потом его поддержала и госдеповка Науэрт: «Так называемые «народные республики», созданные Россией, не имеют места в украинском конституционном порядке». Правильно, ЛДНР нет в «украинском конституционном порядке». Но статья 11 «Минска-2» как раз и предполагает «уконституирование» ЛДНР путем принятия закона об особом статусе ЛДНР и закрепления особого статуса Донбасса сначала в отдельном законе, а потом и в обновленной Конституции. Но: а) во всем мире и во всех странах, если не удается подавить сепаратизм силой или на переговорах, с сепаратистами ведут переговоры; б) как Киев может вести переговоры (а он их ведет в ТКГ) с теми, кого он вообще не признает? Так и возникает подозрение: видимо, переговоры ведутся не для того, чтобы достичь результата...

 

И наконец, в-третьих, главное противоречие «Минска-2» в том, что он не предполагает четкую и обязательную пошаговую последовательность выполнения своих статей. Судите сами – вот самые главные его статьи: «9. Восстановление полного контроля над государственной границей со стороны правительства Украины во всей зоне конфликта, которое должно начаться в первый день после местных выборов и завершиться после всеобъемлющего политического урегулирования (местные выборы в отдельных районах Донецкой и Луганской областей на основании Закона Украины и конституционная реформа) к концу 2015 года при условии выполнения пункта 11 – в консультациях и по согласованию с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней Контактной группы.

 

10. Вывод всех иностранных вооруженных формирований, военной техники, а также наемников с территории Украины под наблюдением ОБСЕ. Разоружение всех незаконных групп.

 

11. Проведение конституционной реформы в Украине со вступлением в силу к концу 2015 года новой конституции, предполагающей в качестве ключевого элемента децентрализацию (с учетом особенностей отдельных районов Донецкой и Луганской областей, согласованных с представителями этих районов), а также принятие постоянного законодательства об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей в соответствии с мерами, указанными в примечании, до конца 2015 года.

 

12. На основании Закона Украины «О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» вопросы, касающиеся местных выборов, будут обсуждаться и согласовываться с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней Контактной группы. Выборы будут проведены с соблюдением соответствующих стандартов ОБСЕ при мониторинге со стороны БДИПЧ ОБСЕ». Конец цитаты.

 

Тут невооруженным взглядом видно отсутствие логики в действиях по обеспечению мира. По логике же нынешние статьи 10 и 11 (о выводе войск и разоружении незаконных групп и о проведении конституционной реформы) должны стоять первыми, а уже потом, когда была бы обеспечена безопасность и создана правовая база, можно было бы проводить выборы (статья 12) и только потом переходить к установлению украинского контроля над российско-украинской границей в ЛДНР (статья 9). Но в 2015 году ситуация была крайне нервной и напряженной, Украина потерпела военное поражение и никому не верила, а Россия и ЛДНР торопились обязать и повязать Украину этим документом. Вот и получилась чересполосица, позволяющая разнотолкование документа, отрыв вопросов безопасности от политических, экономических и гуманитарных вопросов. Каждый видит в «Минске-2» то, что хочет видеть в зависимости от конъюнктуры момента.

 

Усугубит ситуацию и возможное непродление Верховной Радой действия закона об особом статусе ЛДНР, заканчивающееся в октябре. Этот закон был принят еще во исполнение «Минска-1» в сентябре 2014 года. И тоже в результате военного поражения Украины. Сроком на три года. Потом его продлили в октябре 2017-го. Но в январе года текущего был принят новый более жесткий к ЛДНР закон – о деоккупации Донбасса. Вот он может и остаться главным и основным. А Россия на это может ответить официальным признанием двух самопровозглашенных республик. Тогда ситуация кардинально поменяется. И уж точно обнулит «Минск-2». Сделает его практически бесполезным, потому что поменяют свой статус его подписанты.

 

И какой же выход? Варианты известны: либо война с непредсказуемыми победителями и последствиями, либо «заморозка» с попытками найти выход то ли по «формуле Штайнмайера», то ли с миротворческой миссией ООН, то ли новые переговоры и заключение нового документа, который можно условно назвать «Минск-3» и в котором все предусмотреть уже по-людски и логически выверено. Но вот беда: «Минск-3» хочет Киев, но не хочет Москва, ибо существующий «Минск-2» ее полностью устраивает. А вот для киевского режима он означает реформы, конец которых – реальная, а не фейковая децентрализация страны – угрожает самому его (режима) существованию. А кто же на такое – на возможную потерю власти – добровольно в Украине соглашается? Нет таких. Потому и вошкаемся в крови и слезах...

 

Владимир Скачко

 

Источник: http://versii.com/news/384563/


Распечатать статью



 






Пресс-cлужба ПСПУ

г. Киев ул. Крещатик, 42-А, офис 13
тел. 483-32-57

Электронная почта:
pspu@tsu.net.ua
n-vitrenko@yandex.ru
Мобильный телефон:
+380676919341